"Раненый в результате атаки БПЛА 19-летний парень из Новоспасского, скончался". С таким заголовком вышел пост ULnovosti.

Приведём с сокращением.

Молодой человек из Новоспасского района, получивший осколочное ранение головы, к сожалению, скончался. Погибшему в результате ночной атаки вражеских БПЛА было всего 19 лет. Нелепая смерть настигла его в 3 часа ночи прямо у окна, в которое он наблюдал за происходящим, в то время как из каждого «утюга» и телевизора граждан предупреждают об обратном. О том, что категорически запрещено подходить к окнам.

Знакомые отзываются о нем, как о хорошем парне. И семья очень хорошая, работящая.

Врачи БСМП, куда был срочно доставлен пострадавший, боролись за его жизнь до последней минуты... Но вопросы остались. Как так получилось, что во время СВО в Ульяновской области не работает санавиация, которая могла бы оперативно на вертолете доставить раненого в областной центр?

Почему в районном центре Новоспасское, являющимся центром Южного куста региона не оказалось спецреаниамобиля, готового перевозить пострадавшего с ранением в Ульяновск? Почему доставленный в местную райбольницу примерно в 3 часа ночи с осколочным ранением парень вынужден был ждать приезда из Ульяновска бригады скорой, которая потом повезла его в БСПМ?

И не проще, не оперативнее ли было созвониться с врачами из Сызрани или Пензы, с тем, чтобы отправить его на срочную операцию в ближайшие регионы. До Ульяновска – 220 км. , до Пензы – 160, до Сызрани – всего 45. И что там с «золотым часом» на спасение?